Священник сказал прихожанам, что эта служба была последней: на свадьбу родной дочери он тоже не пришел

Небо с утра хмурилось, темнее темного тучи разродились наконец по-летнему теплым ливнем. Под громовые раскаты запели церковные колокола, зазывая людей в храм. Вот только в их пении вместо привычной радости и торжественности звучали нотки печали. Казалось – они плакали.

Отголоски сна

Переодевался отец Сергий неспешно, хотя прихожане уже наводнили церковь. Он, как мог, растягивал каждое мгновение, наслаждаясь привычными деталями церемонии. Но глаза не могли обманывать – в них тлела печаль. «Что-то случилось у батюшки… » – перешептывались бабули. Народ выдвигал разные гипотезы плохого настроения, но о причинах происходящего немыслимо было и думать.

День выдался невыносимым. Всю ночь снилась милая девушка Ольга. Как и в жизни, она была в едва прикрывающем ягодицы летнем платье и постоянно улыбалась. Руки тянулись к ее волосам, коленям. Но стоило их протянуть – лицо красавицы мрачнело, а с языка сорвалось: «Предупреждаю последний раз – они или я!» Выбор был очевиден, оттого и тяжко на душе.

Священник сказал прихожанам, что эта служба была последней: на свадьбу родной дочери он тоже не пришел

Превратности судьбы

Еще учась в духовной семинарии, отец Сергий сошелся с Аней. Чем-то он ее увлек, девушка души в нем не чаяла, была ласковой и заботливой. Мать приговаривала: «Смотри, какая хорошая. Станет замечательной женой. Обручишься – и приход быстрее получишь».

Не устоял, а ведь особых чувств не было. Как бы поступил сейчас, с высоты прожитых лет? В браке родилось двое детей: дочь, затем сын. Анна с возрастом перестала следить за собой, а ведь любому мужчине хочется видеть рядом с собой притягательную красавицу. Поначалу отгонял дурные мысли, а как седина в бороду – бес в ребро. Упал во грех…

Молодость города берет

К сорока годам жена перестала волновать вообще. И здесь на горизонте солнечным зайчиком блеснула совсем юная Оля. Раньше он ее не примечал. Может, и вовсе в первый раз пришла. А как увидел, душа запела хоралом. Не сводил глаз всю службу. А она возьми, да и подойди за благословением на доброе начало учебного года.

– Зовут Вас как? – переспросил.

– Оля, – приветливо ответила девушка, потупив взгляд.

– Не Оля, а Ольга, – поправил юную прихожанку.

Естественно, благословил от всей души и напомнил чаще наведывать храм.

Священник сказал прихожанам, что эта служба была последней: на свадьбу родной дочери он тоже не пришел

Покаяние и грех

Оля оказалась студенткой, училась где-то в университете. В деревню наведывалась не часто. Но как это объяснить сердцу? Каждую службу взгляд выискивал желанный лик. Но то ли Бог сжалился, то ли лукавый подлил бензина в костер, произошло совершенно неожиданное. Как-то к нему подошла бабушка Ольги и попросила за внучку, чтобы ту взяли в церковный хор.

– У Оленьки очень красивый голосок. Можно ей с певчими попробовать петь? Диплом, слава Богу, получила. Теперь у нее больше времени.

– Почему нет? – степенно сказал отец Сергий, а в душе аж сиял. – И матушке Анне подспорье будет.

С той поры Оля стала частой гостьей культового заведения. Священник при первой возможности старался быть поближе. Возил в соседнее село разучивать песнопения. И стал примечать, что девушка сама к нему неравнодушна. На неуклюжие знаки внимания и намеки реагирует не так, как положено чужому человеку.

Однажды она его поцеловала. Нахлынувшие чувства было не описать. С Анной он никогда такого не испытывал. Он словно вернулся в годы молодости. На трезвую голову каялся, а увидев ее глазами, пьянел от любви. Однажды они оказались вместе в постели. Обратного хода больше не было.

Разоблачение

Почти год любовники спешили на тайные встречи, а о происходящем никто и не догадывался. Но сколько веревочке ни вейся… Аня начала подозревать «святого» батюшку в совсем не подобающем служителю церкви грехе. Сложно сказать, когда она прозрела, но однажды прижала к стенке, причем весьма элегантно.

– Я сказала твоей Оленьке, чтобы петь больше не ходила, – как бы невзначай сообщила мужу перед сном.

– А разве тебе это решать? – ответил Сергий, еще не осознавая происходящее. – Церковь моя. Кому скажу, тот и будет петь.

– Что, поджилки затряслись? – спросила жена и, сдерживая слезы, отвернулась.

Но Ольга действительно не приходила. Ни в ближайшее воскресенье, ни позже. У Ани появилась надежда, что жизнь вернется в привычную колею. Но былого не вернешь. Муж изменился на глазах, постоянно ворчал, злился по пустякам. Дошло до того, что стал отказывать в венчании сельчанам.

Собрав волю в кулак, Сергий отправился к Ольге на серьезный разговор. Оказалось, не все потеряно. Она готова к отношениям, но не готова прятаться и юлить. Девушка поставила перед фактом, что ему придется делать выбор. Казалось, он будет самым сложным в его жизни, но решение пришло само собой.

Последняя служба

Отец Сергий сделал выбор, но требовалось время утрясти дела. Другим он ничего не говорил. Через несколько месяцев старшая дочь решила познакомить родителей со своим избранником. Даже эта новость не взбодрила священнослужителя.

Тем более оказалось, что они давно спят вместе, а дочь уже беременна, не находясь в законных отношениях. Могут пойти слухи. Но не стал бранить или возражать. На просьбу провести венчание лишь неопределенно мотнул головой. Он смотрел на молодежь, а в глазах мелькал образ Оли. Ее стройные ножки, короткое платьице, запах волос.

Перед последней службой в машине уже лежали вещи. Решение принято, дела улажены. Проповедь затянулась. Не хотелось расставаться с людьми, ставшими родными. Но отступать поздно.

– Сегодня мы собрались вместе в последний раз. К вам уже направлен другой батюшка. Простите меня, если сможете.

Он положил ключи от церкви на стол и ушел. Люди стояли оторопев и не понимали, что происходит. Ситуация прояснилась после признания Анны, что муж подал на развод.

Как-то к Ольге приехала дочь Сергея (он уже не был отцом Сергием) и умоляла, чтобы та упросила его подвести под венец. Но то ли от стыда, то ли по другим причинам отец на свадьбу не явился.

Нашли нарушение? Пожаловаться на содержание

Источник

Священник сказал прихожанам, что эта служба была последней: на свадьбу родной дочери он тоже не пришел